The Magic Inside
I Am Just a Pony
Любопытное с просторов волшебного мира:
Лето звонкое добралось, добежало
До вершины, середины, до макушки,
Незаметно зрелым, спелым стало
В городе, в деревне, на опушке,
Нужно пить его по капельке, смакуя,
Проживать легко и без упрёков,
Дождь с грозою и жару дневную,
Впитывать, ведь благость мимолëтна.
Не искать причины для расстройства,
Отдаваться солнцу без остатка,
Летняя пора имеет свойство-
Насыщать живое вкусом сладким.
©Татьяна Колмакова
До вершины, середины, до макушки,
Незаметно зрелым, спелым стало
В городе, в деревне, на опушке,
Нужно пить его по капельке, смакуя,
Проживать легко и без упрёков,
Дождь с грозою и жару дневную,
Впитывать, ведь благость мимолëтна.
Не искать причины для расстройства,
Отдаваться солнцу без остатка,
Летняя пора имеет свойство-
Насыщать живое вкусом сладким.
©Татьяна Колмакова
Об эмоциональной зрелости...
Ляле купили путёвку в лагерь. Когда не сработали ни слёзы, ни притворный аппендицит, Ляля взяла клятву спасти её, как только возникнет реальная опасность. Она обещала продержаться хотя бы до ужина. Обвешанная средствами жизнеобеспечения, с комплектом трусов на все случаи жизни, Ляля пошла в отряд. Так это у них называется. Вожатая встретила её улыбкой людоеда.
Я не сразу уехал. Сел в ресторане неподалёку. Это не ближний лагерь, а помощь хороша, когда мгновенна. Ждал, ждал – ничего. Видимо, дочь выросла и сама справляется с людоедами. Это немного грустно.
Как только Ляля вошла, в неё тут же влюбился Денис. Сбегать до окончания любви глупо. На вечерней дискотеке Ляля получила четыре приглашения на танец, но Денис проявил себя как настоящий боксёр. Целый королевский бал с дуэлями получился. На ужин подали макароны по-флотски, удивительно вкусные. Ляля съела три порции, что составило 3 % её веса. Дома я пытался повторить это волшебное блюдо, ничего не вышло. Какие-то общепитовские принципы ускользают. Быть может, слишком чисто мою посуду – и сразу вкус не тот.
Во второй день лагеря разучивали танец для дискотеки, не хотелось пропустить фурор. Потом ночью вызывали дух Сергея Есенина. Поэт не явился, но и без него было страшно, как и планировалось. Жизнь в лагере оказалась возможна. Ледовитый океан в этом смысле всё-таки хуже.
На третий день устроили «зарницу» с деревянными автоматами. Ляле в бою отдавили палец ноги. Пришлось бинтовать. Подходили другие дети, спрашивали о переживаемой боли. Уезжать домой на пике популярности втройне глупо, Ляля снова осталась. Тем более, вечером жгли костёр, пекли картошку по технологиям каменного века. У картофеля-фри появился реальный конкурент.
На шестой день приехал я. С проверкой. Подозрительно всё тихо, мне показалось. Времени общаться не было. Ляля забрала фрукты, поцеловала и поскакала назад. Взрослая такая, незнакомая. Потом, за день до окончания срока, вдруг звонит. Приезжай, говорит, забирай срочно. В машине призналась: в день прощания все реветь будут, я этого не переношу. Вернусь домой, сама поплачу. Мне кажется, это очень по-взрослому. Я сам всегда реву без свидетелей, благодаря чему и прослыл эмоционально зрелым человеком.
У меня было много планов на Лялино детство. Чапаева посмотреть. Поймать щуку или головастика хотя бы. Прыгнуть с тарзанки мимо озера, но не убиться, а заявить себя отцом с хорошим чувством юмора. Найти, в конце концов, этот проклятый боровик. Но Лялино детство короткое оказалось. Вжик – и всё. Оглянулась и пошла.
Слава Сэ:
Ляле купили путёвку в лагерь. Когда не сработали ни слёзы, ни притворный аппендицит, Ляля взяла клятву спасти её, как только возникнет реальная опасность. Она обещала продержаться хотя бы до ужина. Обвешанная средствами жизнеобеспечения, с комплектом трусов на все случаи жизни, Ляля пошла в отряд. Так это у них называется. Вожатая встретила её улыбкой людоеда.
Я не сразу уехал. Сел в ресторане неподалёку. Это не ближний лагерь, а помощь хороша, когда мгновенна. Ждал, ждал – ничего. Видимо, дочь выросла и сама справляется с людоедами. Это немного грустно.
Как только Ляля вошла, в неё тут же влюбился Денис. Сбегать до окончания любви глупо. На вечерней дискотеке Ляля получила четыре приглашения на танец, но Денис проявил себя как настоящий боксёр. Целый королевский бал с дуэлями получился. На ужин подали макароны по-флотски, удивительно вкусные. Ляля съела три порции, что составило 3 % её веса. Дома я пытался повторить это волшебное блюдо, ничего не вышло. Какие-то общепитовские принципы ускользают. Быть может, слишком чисто мою посуду – и сразу вкус не тот.
Во второй день лагеря разучивали танец для дискотеки, не хотелось пропустить фурор. Потом ночью вызывали дух Сергея Есенина. Поэт не явился, но и без него было страшно, как и планировалось. Жизнь в лагере оказалась возможна. Ледовитый океан в этом смысле всё-таки хуже.
На третий день устроили «зарницу» с деревянными автоматами. Ляле в бою отдавили палец ноги. Пришлось бинтовать. Подходили другие дети, спрашивали о переживаемой боли. Уезжать домой на пике популярности втройне глупо, Ляля снова осталась. Тем более, вечером жгли костёр, пекли картошку по технологиям каменного века. У картофеля-фри появился реальный конкурент.
На шестой день приехал я. С проверкой. Подозрительно всё тихо, мне показалось. Времени общаться не было. Ляля забрала фрукты, поцеловала и поскакала назад. Взрослая такая, незнакомая. Потом, за день до окончания срока, вдруг звонит. Приезжай, говорит, забирай срочно. В машине призналась: в день прощания все реветь будут, я этого не переношу. Вернусь домой, сама поплачу. Мне кажется, это очень по-взрослому. Я сам всегда реву без свидетелей, благодаря чему и прослыл эмоционально зрелым человеком.
У меня было много планов на Лялино детство. Чапаева посмотреть. Поймать щуку или головастика хотя бы. Прыгнуть с тарзанки мимо озера, но не убиться, а заявить себя отцом с хорошим чувством юмора. Найти, в конце концов, этот проклятый боровик. Но Лялино детство короткое оказалось. Вжик – и всё. Оглянулась и пошла.
Слава Сэ:
Иной раз хочется на море,
туда, где тихий шелест волн…
Где нет забот, интриг да горя…
Лишь свежесть лета и цветов…
Там чайки в небе, много света!
И мир, и радость на душе -
Ведь на Земле случилось лето:
Июнь прошел, июль - уже…
Т. Варакина
Фото из интернета
туда, где тихий шелест волн…
Где нет забот, интриг да горя…
Лишь свежесть лета и цветов…
Там чайки в небе, много света!
И мир, и радость на душе -
Ведь на Земле случилось лето:
Июнь прошел, июль - уже…
Т. Варакина
Фото из интернета
Ариана Дамблдор
🎨 [club70685365|Рина Зенюк]
Ещё
Нет никаких рецептов,
Нет никаких секретов.
Из-за пустых сомнений
Трудно увидеть суть.
Просто вдыхай поглубже,
Жадно смакуя лето...
Хочется быть счастливой?
Ну так бери и будь!
Любовь Козырь
иллюстр. С. Соловьёва
Нет никаких секретов.
Из-за пустых сомнений
Трудно увидеть суть.
Просто вдыхай поглубже,
Жадно смакуя лето...
Хочется быть счастливой?
Ну так бери и будь!
Любовь Козырь
иллюстр. С. Соловьёва
В чужой шкуре неожиданно новый душевный мультфильм! Как вам?
🎨 [id215345818|Екатерина Бабок]
Здесь, высоко, на чердаке, странно идёт время,
А по стене, как по реке, тихо скользят тени.
Веки прикрыв, я, как в кино, в прошлое мчу сразу.
Детство, застыв, смотрит в окно. Я прошепчу:
"Здравствуй!".
Пятки в пыли, сливы в кульке, а в волосах - ветер.
Солнечный блик в синей реке - лучшей на всём свете.
Стол во дворе, бабушкин взгляд, тёплый пирог с вишней,
Пёс в конуре. Время, назад! Детство, вернись, слышишь?
...Солнца лучи льются в окно. А за окном - лето.
Звякнут ключи. Старенький дом тихо вздохнет где-то.
Нет на душе места тоске. Есть от неё средство:
Скрывшись от всех на чердаке, можно попасть в Детство.
Евгения Викторова
А по стене, как по реке, тихо скользят тени.
Веки прикрыв, я, как в кино, в прошлое мчу сразу.
Детство, застыв, смотрит в окно. Я прошепчу:
"Здравствуй!".
Пятки в пыли, сливы в кульке, а в волосах - ветер.
Солнечный блик в синей реке - лучшей на всём свете.
Стол во дворе, бабушкин взгляд, тёплый пирог с вишней,
Пёс в конуре. Время, назад! Детство, вернись, слышишь?
...Солнца лучи льются в окно. А за окном - лето.
Звякнут ключи. Старенький дом тихо вздохнет где-то.
Нет на душе места тоске. Есть от неё средство:
Скрывшись от всех на чердаке, можно попасть в Детство.
Евгения Викторова
🎨 [club171080960|Мадоти Кущенко Ирина]
Для Создателя мы все бабочки,
Хоть и ползаем, как гусеницы.
Сидя на заоблачной лавочке,
Он с улыбкой нами любуется.
Смешные неуклюжие создания,
Ограниченные в передвижении,
Рождают в его душе сострадание -
Он верит в наше преображение.
Он прощает нам наши грехи,
Своеволия, страхи и дерзости.
Мы пока, как котята, слепы,
И пока что бредем в неизвестности.
Подбрасывая в души идею
О возможности радужных крыльев,
Он за нас, грешных, радеет,
Уставших от неверия и бессилия.
Он провоцирует в нас боль -
В безысходности чтоб встряхнулись.
Он сыплет на раны соль -
Окончательно чтоб проснулись.
И когда из окоченевших куколок
Выпорхнут счастливые бабочки,
Бог уйдет, таки, на покой -
Усевшись в облако и надев пушистые тапочки.
Эмма Миллер
Хоть и ползаем, как гусеницы.
Сидя на заоблачной лавочке,
Он с улыбкой нами любуется.
Смешные неуклюжие создания,
Ограниченные в передвижении,
Рождают в его душе сострадание -
Он верит в наше преображение.
Он прощает нам наши грехи,
Своеволия, страхи и дерзости.
Мы пока, как котята, слепы,
И пока что бредем в неизвестности.
Подбрасывая в души идею
О возможности радужных крыльев,
Он за нас, грешных, радеет,
Уставших от неверия и бессилия.
Он провоцирует в нас боль -
В безысходности чтоб встряхнулись.
Он сыплет на раны соль -
Окончательно чтоб проснулись.
И когда из окоченевших куколок
Выпорхнут счастливые бабочки,
Бог уйдет, таки, на покой -
Усевшись в облако и надев пушистые тапочки.
Эмма Миллер
#brave #disney








































































